Телефонный разговор Главнокомандующего Фиделя Кастро Руса с президентом Боливарианской Республики Венесуэла Уго Чавесом Фриасом во время передачи по радио программы Алло, президент! № 269

27 февраля 2007 года 49-го года Революции

 

Уго Чавес. Кто говорит?

Фидель Кастро. Слушай.

Уго Чавес. Слышу тебя.

Фидель Кастро. Мой досточтимый и любимый друг, как вы поживаете?

Уго Чавес. Карамба, да это же Фидель! (Аплодисменты и восклицания: Фидель, Фидель, Фидель!)

Фидель Кастро. Я вот слушаю тебя здесь в программе Алло, президент! и все эти данные, которые ты приводил там в эти минуты. Мне кажется очень хорошей аргументация относительно роста, ВВП, о снижении безработицы, много очень интересного.

Уго Чавес. How are you, Фидель?

Фидель Кастро. Very well (Смех).

Уго Чавес. Слушай, ты не представляешь, какая для нас радость слышать твой голос и знать, что ты чувствуешь себя хорошо.

Фидель Кастро. Большое спасибо.

Уго Чавес. Обнимаю тебя, мы поражены, приятно поражены, и, как почти всегда, мы говорили о тебе чуть раньше.

Фидель Кастро. Я знал, что в конце концов попаду в Алло, президент!.

Уго Чавес. Теперь она каждый день.

Фидель Кастро. Нет, нет, не заставляй меня этим заниматься, у меня здесь очень много работы (Смех), главным образом я упорно учусь; но вижу, что ты не выпускаешь книг из рук. Когда ты спишь?

Уго Чавес. Ну, сплю немного под утро.

Фидель Кастро. Немного.

Уго Чавес. Немного сплю, я много учусь, это одна из задач всякого революционера, и мы следуем твоему примеру.

Фидель Кастро. Да, ты много времени уделяешь чтению и обладаешь исключительной способностью все усваивать, все запоминать. Что ты иногда забываешь, так это цифры (Смех).

Уго Чавес. Да, забываю, но уж не настолько.

Фидель Кастро. Но у тебя все там помечено, так что ни одна не потеряется, за тобой уже трудно угнаться.

Уго Чавес. Ты знаешь, сколько гектаров кукурузы требуется, чтобы произвести миллион баррелей этанола?

Фидель Кастро. Этанола кажется, ты в прошлый раз говорил, что 20 миллионов гектаров, что-то в этом роде (Смех), но можешь мне напомнить.

Уго Чавес. Двадцать миллионов. Нет, это у тебя исключительная память.

Фидель Кастро. А, 20 миллионов.

Хорошо, и конечно идея предназначать продукты питания на производство топлива трагична, драматична. Никто не может быть уверен, докуда докатятся цены на пищевые продукты, когда соя превратится в топливо, а она так нужна в мире, чтобы производить яйца, производить молоко, производить мясо, и это еще одна трагедия из многих, существующих в этот момент.

Я очень рад, что ты поднял знамя борьбы за спасение рода человеческого, потому что надо бороться изо всех сил, чтобы спасти род человеческий, ведь есть новые проблемы, очень трудные, и ты словно проповедник; действительно, великий проповедник, превратившийся в защитника этого дела, в защитника жизни рода, поэтому я тебя поздравляю.

Вижу, как ты борешься, опираясь на Программу Мораль и просвещение, чтобы воспитывать народ, чтобы он понял. И в особенности есть масса подробностей, которые и читаю и просматриваю каждый день, я в полном курсе: угрозы войны, климатические угрозы, угрозы с продовольствием, потому что как ты напомнил миллиарды человек голодают, и это реальность.

Впервые в истории правительства задумались об этом, правительства, обладающие способностями, обладающие моральным авторитетом, чтобы делать это, и ты один из этих редких примеров.

Недавно я прочел, что Австралия провозгласила себя первой страной в мире, совершившей энергетическую революцию, а на деле речь идет о проекте, который они собираются осуществить через два- три года; это просто смешно, потому что вы за два месяца уже установили 34 миллиона лампочек и за четыре месяца выполните первую задачу - поставить эти лампочки, имеющие столько преимуществ, во всех жилищах. Так что здесь есть еще один, но кое-кто уже оспаривает у Австралии это первое место.

Нет ни одной страны, ни в Европе, ни в любой другой части света, которую не беспокоила бы сегодня эта проблема.

Прости, что я заговорился и украл у тебя половину программы.

Уго Чавес. Нет, какое там заговорился, ничего подобного, сейчас 7 часов 49 минут этого сегодняшнего дня.

Мы вспоминали тебя, потому что ты знаешь, что сегодня 27 февраля, и здесь нам говорили 18 лет назад, что одной из причин Каракасо было то, что ты, приехав в тот раз, оставил здесь 200 агитаторов, которые, как говорится, подбросили дров в огонь. Мы сегодня анализировали причины всей этой темы внешнего долга, темы черной пятницы, грабежа страны, утечки капиталов, приватизаций, инфляции, сопровождаемой страшным спадом, безработицей, развалом даже среднего класса.

Ну, как говорит Эйнштейн, которого мы только что читали, не знаю, слышал ли ты, когда он размышляет о причине социализма, и Эйнштейн приходит к такому выводу: что создает капитализм, так это хаос.

Так что, Фидель, говоря о Каракасо, мы вспоминали тебя, и я вспоминал, что в те дни видел тебя здесь издали, хотел подойти, чтобы поприветствовать, но не смог. Но мы уже участвовали тут в революционном движении. И обращаться к миру здесь, в Алло, президент!, теперь слушать тебя и беседовать с тобой - какая большая честь, ведь в тот день народ поднялся против неолиберализма.

Каракасо, как ты, Фидель, знаешь, был первым ответом на мировом уровне, чрезвычайно убедительным, на неолиберальный план, когда Советский Союз уже распадался, пала Берлинская стена и начинали говорить, что пришла эра конца истории и единого мышления.

И из Каракасо родилось 4 февраля. Ты знаешь, что эти события нельзя понять одно без другого; и затем весь этот путь, эта наша революция, в которой Куба всегда присутствует, присутствовала и будет присутствовать, и Куба с тобой во главе. Надо поблагодарить за столько вещей, эта энергетическая революция без Кубы была бы невозможна.

Теперь мы продолжим быть с тобой. Сегодня там в Гаване, как ты знаешь, работает VII сессия Смешанной комиссии на высоком уровне, и выводы, известные мне к настоящему моменту, исключительные, дальнейшее продвижение АЛБА и двусторонние отношения.

Должен тебе сказать, ты уже должен быть в курсе, но чтобы прокомментировать, чтобы знали все, что вчера я утвердил Рафаэлю Рамиресу, министру, создание совместного предприятия с Вьетнамом и попросил, чтобы он поставил об этом вопрос там в Гаване, потому что мы, Куба-Вьетнам-Венесуэла, могли бы создать предприятие, чтобы открыть здесь в Венесуэле, или на Кубе, или в обеих республиках завод по производству лампочек, чтобы продолжать развивать революцию, экономичных лампочек и других элементов, нужных для углубления энергетической революции, солнечных батарей, систем для ветровой энергии. Я хочу, Фидель, чтобы мы открыли здесь все эти заводы, мы достанем технологии.

Что ты думаешь об этом?

Фидель Кастро. Все это кажется мне замечательным.

Где-то три дня назад мы открыли парк ветровой энергии на острове Хувентуд, еще маленький, аэрогенераторы на 275 киловатт, но на них мы попробуем то, что будем там делать; и есть очень важный район в восточной части страны, где мы проводим сейчас все измерения, чтобы устроить другие парки ветровой энергии, которые будут производить электричество с меньшей стоимостью капиталовложений.

У вас есть преимущество, вы страна, свободная от циклонов, а нас циклоны посещают постоянно; надо принимать меры для их защиты, разных видов, иногда используя краны, иногда снимая лопасти, в общем, ища решения. Есть солнечная энергия, вы там в Каракасе установили технологию, очень неплохую, она хорошо используется, хотя инвестиции дорогостоящие, потом, если это будет изготовляться в стране, выйдет намного экономичнее.

Вы создадите завод по выпуску нержавеющей стали с использованием дешевой энергии, которой сегодня располагаете, и особенно энергии, которую вы можете сэкономить.

Территория Венесуэлы почти миллион квадратных километров, мы же ореховая скорлупка, которую отнесло Гольфстримом чуть ли не к самым твоим северным друзьям.

Уго Чавес. Our friends.

Фидель Кастро. Ты говоришь, что я знал английский, но я знал его когда-то.

Уго Чавес. Ты его забыл?

Фидель Кастро. Я забыл его по причине травмы, причиненной мне ими потом, и потому я не отличаюсь исключительной памятью, какая есть у тебя, способность синтеза, твой музыкальный слух, твоя способность запоминать любую песню, ведь я не могу поверить, что ты столько кутил, что запомнил все эти песни, которые поешь в Алло, президент!. Так что в этом я тебе завидую.

Уго Чавес. Нет, я не кутил столько, сколько ты, я никогда не гулял столько, сколько ты, не пел столько, сколько ты.

Фидель Кастро. Нет, нет, что ты! Я более или менее помню смысл, но ты знаешь точные слова, я наблюдаю, как ты ищешь их, повторяешь их, ищешь точные слова.

В конце концов, ты войдешь в число видных писателей этого полушария. И не жалуйся, потому что писатели получают все бльшую власть.

Уго Чавес. Я хотел тебя кое о чем спросить.

Что ты думаешь об этой последней новости, дошедшей сюда? 67% американцев не одобряют политику Буша в Ираке. Ты знаешь, что мы готовимся приветствовать Буша здесь в Южной Америке.

Фидель Кастро. А, вы будете его приветствовать.

Да, я кое-что слышал, кажется, будут массовые мероприятия, все в очень мирном и очень уважительном духе.

Но бьюсь об заклад, что ты не знаешь двух сегодняшних новых сообщений.

Уго Чавес. Скажи мне, посмотрим, давай проинформируй меня как следует здесь в Алло, президент!.

Фидель Кастро. Например, что на шанхайской бирже акции упали сегодня на 9%, на нью-йоркской бирже самой главной сегодня упали на 4%. Это одно из самых больших падений акций за последние годы, и это действительно только доказывает то, что мы думаем.

Уго Чавес. Да, этих новостей я не

Фидель Кастро. Сегодня там потеряли 800 миллиардов долларов, а это самая главная биржа, и сейчас падение больше, чем когда был кризис там, в Юго-Восточной Азии.

Так что не знаю, что больше взволнует руководителей Соединенных Штатов ну, тех, кто руководит Соединенными Штатами motu proprio известие о том, что произошло там, или их поездка по Южной Америке. Что ты думаешь?

Уго Чавес. Нет, говорю тебе, что этих сообщений у меня не было, об этих падениях акций на шанхайской и на нью-йоркской биржах

Ты уже должен знать, потому что ты знаешь все, что Валютный фонд в кризисе, и я говорил вчера и сегодня, что, кто знает, может им придется просить займа в Банке стран Юга. У Валютного фонда нечем платить заработную плату, они продают золотые слитки.

Фидель Кастро. Да, он продает золото, это единственное, что сейчас имеет цену; но он должен бы продавать свои бумажки, бумажки, которыми платят Соединенные Штаты. Продавать золото сейчас безумие; но хорошо, Банк стран Юга это серьезный банк, рассчитывает стать серьезным банком.

Уго Чавес. Он будет серьезным банком.

Фидель Кастро. Международный валютный фонд никогда не был серьезным, но это доказательство кризиса, доказательство кризиса. Смотри, это происходит за два-три дня до падения акций на этих биржах.

Уго Чавес. Это тот же кризис как ты хорошо знаешь, - кризис мировой экономики, но альтернативной. На национальном уровне у каждого, знаешь, есть собственная модель: у нас социализм, там на Кубе, здесь в Венесуэле, со своими особенностями, а на международном уровне АЛБА, которую мы ускоряем, Фидель, как ты хорошо знаешь, ускоряем.

Все спрашивают про тебя. Мы проехали через Мартинику, были в Доминике и Сан-Висенте, тебе шлют большие приветы премьер-министры, наш друг Рузвельт Скеррит и премьер-министр Сан-Висенте-и-Гранадинас; мы смотрели, как идут работы по расширению аэропорта. Там я встретился с кубинскими и венесуэльскими работниками, с группой инженеров венесуэльской армии. Мы открыли первое топливное хранилище в Доминике и установку по разливу газа в Сан-Висенте, вместе с Ральфом Гонсалвесом.

Все меня спрашивают о тебе, и я говорю им, что знаю, о твоем выздоровлении, о твоей новой Сьерра-Маэстре, этой большой битве, которую ты вел и ведешь и в которой мы вместе с тобой каждый день, прося Бога, поскольку, раз ты сказал: Помоги Чавесу и его друзьям, чтобы он продолжал помогать тебе в твоем полном выздоровлении. Все, нас миллионы, ты это знаешь, Фидель, во всем мире, все мы хотим скоро увидеть тебя снова полностью поправившимся, и я уверен, что так и будет.

Хорошо, три дня назад приехал Даниэль Ортега, мы проговорили несколько часов; на будущей неделе у нас будет там в Манагуа заседание Смешанной комиссии.

Как ты знаешь, приезжал Киршнер в прибрежный район Ориноко, и хорошо, Киршнер меня пригласил. Пользуюсь случаем объявить об этом публично, раз ты позвонил; мы об этом не объявляли. На будущей неделе мы проведем встречу в Буэнос-Айресе, мы продолжим развивать двусторонние отношения Аргентина-Каракас, и затем другая встреча стратегического альянса в Боливии мы посетим Эво на этой будущей неделе, - ось Каракас-Буэнос-Айрес, проходящая через Бразилию, ось с Ла-Пасом, теперь с Корреа.

В Кито прибыло первое судно, ты уже наверняка это знаешь, я только пользуюсь твоим звонком, чтобы освежить все эти вещи, о том, как мы движемся вперед и продолжим идти вперед.

И ты, Фидель, пример сопротивления и теперь наступления. Я не хочу упустить эту возможность - твой неожиданный звонок, который так нас воодушевляет, так нас радует, чтобы и далее напоминать нашим народам о значении революционной Кубы и о твоем значении; о твоей отваге, твоих идеях.

Мы вспоминали, как ты был здесь в 1959 году, когда начался этап так называемой демократии, которая полностью провалилась, и этот провал привел к Каракасо и от Каракасо к 4 февраля, от 4 февраля к сегодняшнему дню, к тому, что сейчас происходит здесь; но ты, Куба и ее пример достоинства, битв, мужества и ее бесконечная солидарность всегда были и будут с нами как пример, Фидель.

Фидель Кастро. Слушай, Уго, я хотел сказать тебе, что я как раз встречался с главой твоей делегации, мы разговаривали, когда пришли вести оттуда, так что я очень доволен. Посмотрю, смогу ли поговорить чуть погодя я лично нахожусь с ним с некоторыми из других ее видных членов.

Здесь они работают очень упорно, с большим энтузиазмом, используя то небольшое время, что у нас остается. Фактор времени забывать нельзя, по моему мнению, нам осталось мало времени, и они, по всей видимости, больше это сознают.

Я очень благодарен тебе за все твои приветы, твою память и особенно я вспомнил, что надо вернуть тебе микрофоны, потому что иначе я воодушевлюсь так же, как ты. Состязаться я бы не смог, но немножко посоревноваться пожалуй.

Также хочу поблагодарить за приветы венесуэльцев, этого такого героического, такого любимого народа, возложившего на тебя обязанности, которые ты несешь сегодня. История пишется заново; но 200 лет назад все было совсем иначе. Мир невероятно изменился и в особенности в последние 60 лет, и это время, которое надо использовать и о котором надо много поразмыслить. Я посвящаю этому время и доволен, поскольку думаю, что нет ничего более важного. И я рад также видеть, как работают твои люди я тебе уже об этом сказал, с энтузиазмом, серьезно. И я благодарю всех за это доказательство любви и за энергию, которой они меня наполняют, теперь, когда я занялся этим делом.

Не могу обещать сопровождать тебя в скором времени в какой-либо из этих поездок, но я крепну, чувствую, что у меня больше энергии, больше сил и больше времени, чтобы учиться. Словом, я снова стал студентом.

Уго Чавес. Мораль и просвещение.

Фидель Кастро. Мораль и просвещение! Это теперь не выходит у меня из головы, потому что впервые я вижу, как кто-то старается выиграть эту моральную битву, завоевывая то, что внутри, сердца и умы людей.

Не знаю, осталось ли у тебя еще много времени, но предполагается, что ты будешь разговаривать с Рамиресом. Скажи, что мне делать.

Уго Чавес. Нет, поговорить с Рамиресом я могу завтра, мы очень счастливы слушать тебя, очень счастливы слышать и знать, что ты поправляешься. Продолжай поправляться, не забывай о цунами.

Фидель Кастро. Нет.

Уго Чавес. Продолжай поправляться.

Фидель Кастро. И еще одно, что я забыл: здесь все благодарны тебе за новости обо мне, потому что я говорю и замолкаю, и наступает полное молчание, ведь я не могу говорить каждый день, не могу создавать привычку, порочную привычку ежедневно давать о себе знать. Я прошу всех иметь терпение и сохранять спокойствие, и я рад, так как вижу, что все спокойны; и страна движется, что важно. И я также прошу покоя для себя, чтобы выполнять мои новые задачи на этот момент.

Уго Чавес. Да, Фидель, я превратился ну, ты меня превратил в некого эмиссара или источник. Тот, кто хочет знать, как чувствует себя Фидель, приходит сюда, звонит мне, беседует со мной, и я всегда говорю правду, говорю, что делается: твое выздоровление, твой пример, твое постоянство.

Ты сказал, что не сможешь сопровождать меня в скором времени здесь в поездке, но этого не надо, ты всегда будешь с нами, и я надеюсь скоро вернуться в Гавану, чтобы мы продолжили разговаривать, работать и опережать время, ведь это ты так сказал, и это хорошая тема для размышлений для всех нас.

Здесь тебе посылает привет вице-президент, Комиссия народной власти, Коммунальной власти, мы встретимся с ними прямо сегодня по окончании программы; все ребята, Тересита, Элена, группа Венесолана де Телевисьон, Национального радио Венесуэлы, и еще миллионы и миллионы, которые слушают нас.

Знаешь, какая аудитория первого часа программы? Сорок процентов! Как ты понимаешь, это стратосферный охват, аудитория программы Алло, Президент!.

Выиграем время, Фидель, и выиграем битву за жизнь

Фидель Кастро. Очень хорошо.

Уго Чавес. Спасибо за твой исторический телефонный звонок.

Фидель Кастро. Миллион раз спасибо всем.

Уго Чавес. Поаплодируем Фиделю (Аплодисменты). Хорошенько поаплодируем, брат, обнимаю, товарищ, друг, и ты знаешь, что у меня тут нет комплексов, перед всем миром я называю тебя отцом!

Всегда до победы!

Фидель Кастро. Всегда до победы!

Уго Чавес. Мы победим!

Фидель Кастро. Мы победим!

Уго Чавес. Браво! (Аплодисменты и восклицания Браво!)